По просьбе портала Коринс.ру президент Национальной перестраховочной компании (НПК) Николай Галушин рассказал о том, насколько серьезна эта «болезнь» и как появление госперестраховщика поможет с ней справиться.

Могу высказать только своё субъективное мнение. Я считаю, что в исходящем перестраховании доля объёмов, которая приходится не на передачу части риска, а исключительно на перевод средств, в настоящее время занимает небольшую часть. Почему? Во-первых, если посмотреть на объёмы исходящего перестрахования у лидеров рынка, то ни одного странного или подозрительного имени в этом списке не будет - там будут крупнейшие компании с непростыми портфелями корпоративных рисков, которые известны на рынке и которые требуют реального перестрахования. И на эти компании приходится 80% всего исходящего объёма перестраховочной премии. Во-вторых, нет ответа на вопрос, а зачем и как эти операции осуществлять. Это не наивный вопрос, потому что для покрытия в резервах на той стороне должен стоять рейтинговый перестраховщик (для принятия его доли в покрытии резервов), который находится под контролем своих страховых властей и внутреннего комплаенса. То есть вопросы опять к страховщику, который может заниматься подделкой документов. Но это уже криминал. И чревато последствиями. Поэтому считаю, что если болезнь и существует, то скорее всего больной явно идёт на поправку. Возможно, с появлением НПК на рынке выздоровление пойдёт значительно быстрее. 

Думаю, что я буду прав, сказав - никогда. Мне не нравится слово схема. Потому что оно получило яркую негативную окраску. Но многое в страховании может показаться схемой и может не подпадать под устоявшиеся стереотипы. Зачем покупать ту или иную защиту, если раньше по этой линии бизнеса не было убытков? На зарубежных рынках действуют механизмы перестрахования для перехода через контрольными даты (конец квартала) для выравнивания финансовой отчётности. Рисование картинок придумали не на российском рынке. Основная задача регулятора максимально снизить количество подозрительных транзакций, но неукладывающееся в стандартные рамки перестрахование будет присутствовать всегда. Как будет воспринята регулятором, например, катастрофических облигаций (cat bonds), что уже распространено на развитых рынках, но чего нет у нас?

НПК не регулятор рынка, НПК коммерческий перестраховщик, принадлежащий на 100% Банку России. Мы занимаемся перестрахованием, формированием сбалансированного портфеля, ведением аналитики по рынку перестрахования и, насколько это возможно, прямого страхования в России, но не регулированием и не надзором за субъектами страхового дела.